С появлением стриминговых сервисов, услужливых алгоритмов и плейлистов на любой вкус радио не раз предсказывали то медленное угасание, то стремительную смерть. Однако «Серебряный дождь» полностью опровергает эти прогнозы.
Точно подобранная музыка, умные и тонкие передачи, почти физически ощутимое присутствие человека по ту сторону микрофона создают то, чего так часто не хватает современной цифровой среде: искренность и тепло живого контакта.
— она, скорее, ироничный и душевный собеседник. Мы поговорили с ведущими «Серебряного дождя» о том, как жить на 100,1% и помогать другим чувствовать жизнь так же полно и глубоко каждый день.
Потомственный радиоведущий, сердце Серебряного дождя, он же генеральный продюсер станции. Виктор отвечает за бодрый утренний тон по будням в «Набутов здесь» и налаживает связь с зумерами в передаче «20/40»
Лиса – зумер-звезда в эфире Серебряного дождя. Она ведет программу 20/40, где ее коллеги — зумер, «иксер» и два миллениала — каждую неделю обсуждают, как одно и то же явление звучит на частотах 20+ и 40+. Вечный конфликт «отцов и детей» теряет свой накал и превращается в настоящее антропологическое исследование повседневности.
Лиса – зумер-звезда в эфире Серебряного дождя. Она ведет программу 20/40, где ее коллеги — зумер, «иксер» и два миллениала — каждую неделю обсуждают, как одно и то же явление звучит на частотах 20+ и 40+. Вечный конфликт «отцов и детей» теряет свой накал и превращается в настоящее антропологическое исследование повседневности.
Лиса – зумер-звезда в эфире Серебряного дождя. Она ведет программу 20/40, где ее коллеги — зумер, «иксер» и два миллениала — каждую неделю обсуждают, как одно и то же явление звучит на частотах 20+ и 40+. Вечный конфликт «отцов и детей» теряет свой накал и превращается в настоящее антропологическое исследование повседневности.
Каждую субботу музыкальный знаток Александр Аничкин ставит на «Серебряном дожде» пластинки из своей коллекции. Сокровищница ведущего-меломана легко вызовет зависть и восхищение любого ценителя винила — ведь в ней свыше 8500 экземпляров!
Дизайн и разработка — Loimi
Редактор — Виктория Васильева
Сетевое издание — Timeout
erid: F7NfYUJCUneVcxJuVvUg • Реклама 6+ • ООО «Серебряный Дождь» • ИНН 9710026828 ОГРН 1177746311368 • Юр адрес: 123557, Москва, ул Пресненский Вал, д.27, с.8
С появлением стриминговых сервисов, услужливых алгоритмов и плейлистов на любой вкус радио не раз предсказывали то медленное угасание, то стремительную смерть. Однако «Серебряный дождь» полностью опровергает эти прогнозы.
Точно подобранная музыка, умные и тонкие передачи, почти физически ощутимое присутствие человека по ту сторону микрофона создают то, чего так часто не хватает современной цифровой среде: искренность и тепло живого контакта.
СД — скорее, ироничный и душевный собеседник. Мы поговорили с ведущими «Серебряного дождя» о том, как жить на 100,1% — и помогать другим чувствовать жизнь так же полно и глубоко каждый день.
Потомственный радиоведущий, сердце Серебряного дождя, он же генеральный продюсер станции. Виктор отвечает за бодрый утренний тон по будням в «Набутов здесь» и налаживает связь с зумерами в передаче «20/40»
Каждую субботу музыкальный знаток Александр Аничкин ставит на «Серебряном дожде» пластинки из своей коллекции. Сокровищница ведущего-меломана легко вызовет зависть и восхищение любого ценителя винила — ведь в ней свыше 8500 экземпляров!
Дизайн и разработка — Loimi
Редактор — Виктория Васильева
Сетевое издание — Timeout
erid: F7NfYUJCUneVcxJuVvUg • Реклама 6+ • ООО «Серебряный Дождь» • ИНН 9710026828 ОГРН 1177746311368 • Юр адрес: 123557, Москва, ул Пресненский Вал, д.27, с.8
Мои дед и отец — спортивные комментаторы, бабушка и мама — радийщики. Я с детства впитал огромное количество телевидения и радио, и это, конечно, во многом предопределило мой выбор профессии. Хотя все родные были против, зная ее особенности изнутри. Впрочем, не факт, что я навсегда останусь только в этой сфере — сейчас такое время, когда всю жизнь на одной лошадке не проедешь. У меня много интересов на стыке профессий и даже совсем вне их: я, например, и ресторатор, и отельер, и профессиональный путешественник и разработчик VR-продуктов.
На старте карьеры фамилия, конечно, помогала. Но потом, скорее, мешала. Я сталкивался с постоянными сравнениями с активными и успешным родителем, которые были не всегда в мою пользу. При этом отец пропагандировал полную самостоятельность и никогда специально не способствовал моему продвижению.
В зумерах меня удивляет буквально все — язык, подход к жизни, работе, отношениям, и даже юмор. Например, они почти не используют анекдоты — это поколение мемов. Они — крутые ребята: свободнее внешне и внутренне, у них меньше стереотипов и клише, на них слабее влияют установки старших поколений.
В общем, они другие. Я им даже завидую. Мы были попроще и пожестче, как и время, в которое росли. Через поколение 20-летних я пытаюсь понять суть быстро меняющихся эпох и технологических укладов. Хотя, конечно, далеко не все из их культуры мне близко.
С одной стороны, задача утреннего ведущего — сохранять бодрый настрой даже если на душе тревожно или тяжело. С другой — «Серебряный дождь» отличается от многих форматных станций тем, что у нас в эфире много личного. Мне часто не стыдно признаться в своих проблемах, страхах или плохом настроении. Такая радиоискренность — это то, что роднит нас с интернетом.
Сейчас я оставил себе линейку авторских тематических эфиров с топовыми спикерами — про экономику, психологию, науку, технологии. Такие программы требуют серьезной подготовки: нужно глубоко разбираться в теме, иметь большой опыт или насмотренность и уметь объяснять сложные вещи простым языком, сохраняя динамику шоу. Плюс важно быстро переключаться между совершенно разными темами — от мировых финансов до воспитания маленьких детей. Благо у меня есть пятилетний сын.
Сегодня, если ты делаешь медиа, ты должен быть быстрым и постоянно меняться. Мы часто обновляем сетку вещания: меняются проекты, темы, форматы. Но есть вещи неизменные: уважение к аудитории, искренность, интеллигентная подача, тематическое и музыкальное разнообразие, высокие стандарты слова и музыкального программирования. И главное — людям, которые здесь работают, самим интересно то, что они создают. Слушатель это чувствует.
После пандемии радио как индустрия живет в новой реальности. Теперь мы соревнуемся не только с другими радиостанциями, телевидением и прессой, но также с подкастами, стримингами, соцсетями, онлайн-кинотеатрами, кино… Более того, даже с дейтинг-сервисами или маркетплейсами. Потому что мы все конкурируем за внимание аудитории.
Но у радио есть важное преимущество, которое особенно ярко проявилось в последнее время: независимость от интернета. Мы моментальные и бесплатные. Еще несмотря на рейтинги и алгоритмы, радио остается продуктом, который делают конкретные люди, определяющие нюансы и тональность станции. А «Серебряный дождь» — вообще радио личностей: у нас очень многое зависит от фигуры ведущего или диджея. Если говорить про эфир, то сложные вещи мы стараемся упрощать, а простые темы — подавать неожиданно. Мы любим удивлять — это один из ключевых элементов удержания внимания аудитории.
Я вижу усиление нашего присутствия в цифровой среде. Мы должны быть в контакте с аудиторией 24/7 — и в FM, и в стриминге, и в подкастах, и в мессенджерах. Причем контент будет немного отличаться в зависимости от площадки. Такое медиа 360°, где драйвером все равно остается FM вещание. Эфир станет тематически разнообразнее, станет больше коротких, динамичных форматов и больше видеоподкастов, а не только студийных трансляций.
И, конечно, увеличится количество офлайн-мероприятий — от семейных игровых событий до театральных проектов и крупных концертов. Например, театральная версия проекта «20/40» в Театральном центре «На Страстном» оказалась очень успешной, как и большие концерты вроде празднования 30-летия у Останкинской телебашни. Это дает важнейший живой контакт с нашими слушателями и зрителями.
Мы проживаем эту жизнь вместе с нашей аудиторией и хотим делать это максимально наполнено — событиями, размышлениями, свершениями. Слоган как раз об этом, потому что именно так и правильно жить.
Я хочу, чтобы для слушателей СД был чем-то нужным и важным в их ежедневной рутине. Станцией, которая не только информирует или развлекает, но и помогает в сложное время, подсказывает, поддерживает.
Станцией, которая живет вместе с вами и для вас.
С зумерами в радиоиндустрии дела обстоят туго. Помимо меня в команде почти из 100 человек работает только трое представителей поколения. Как мне видится, причина не в гипотетическом цензе, а в том, что среднестатистическому зумеру в принципе в голову не приходит идея работать на радио, разве что студентам специализированных вузов.
Для меня же радио — любовь с первого звука. Страсть к аудио-форматам началась с прослушиваний кассет с аудиоспектаклями и CD-дисков разных артистов из домашней коллекции. А еще в детстве я изображала мультиканальный радиоприемник — меня можно было переключать с волны на волну. Когда появились первые гаджеты, я бесконечно записывала на диктофон имитацию прямых радиоэфиров и заставляла бабушек и дедушек подыгрывать в качестве звездных экспертов.
Помню, лет в 15 слушала предновогодний концерт в прямом эфире «Серебряного дождя», пока рисовала открытки родным, и он меня сильно зацепил. Проскочила мысль, что работать в радиоэфире — нечто волшебное. Тогда я еще не подозревала, что некоторые кадры любимого фильма «День радио» (я даже на спектакль ходила!) были сняты именно в студии СД.
Когда заканчивала модуль радиожурналистики в МГУ, мой научный руководитель Федор Баландин выдал для интервью список экспертов разных радиостанций, в числе которых, конечно, значился «Серебряный дождь». Так я познакомилась с Виктором Набутовым и одной из знаковых ведущих станции Мари Армас. Виктор сразу спросил: «Не хочешь у нас постажироваться?». В итоге все сложилось идеально, как в сказке, и при этом очень естественно. Потом я случайно наткнулась на запись апреля 2013 года, где играю в ведущую именно этой станции. Вот и не верьте после таких историй в судьбу!
Самые острые темы программы 20/40: романтические взаимоотношения, работа и взгляды на прошлое. Иногда кажется, что межпоколенческий конфликт натянут и активно поддерживается в целях маркетинга, но стоит начать глубоко рассуждать на хотя бы одну из этих тем — 90% вероятность, что мнения будут противоположные.
У меня уникальное поколение: свободолюбивое, хрупкое, своенравное, наглое, психологизированное, высоко технологичное, в чем-то потерянное, а в чем-то самое осознанное. Конечно, мало кто из зумеров полностью состоит из стереотипных черт, которые им приписывают, однако многие наблюдения правдивы. Мы действительно сложнее вступаем во взрослую жизнь, испытываем множество тревог, хотим получить все самое лучшее здесь и сейчас, но среди нас много настоящих трудяг, готовых работать над собой, выкладываться на все 100.1% и создавать благополучные семьи. Было бы здорово, чтобы наши родители это понимали и принимали «новые» установки и ценности.
Поколение икс точно так же мифологизированно. Возможно, большинству представителей 40+ просто обидно, что нам досталось такое богатство инструментов познания мира и себя в нем. А также, что благодаря их потерям и жизненному опыту мы имеем все возможности уже в юном возрасте приобрести на духовном и на материальном уровнях все то, к чему некоторые приходят только в их возрасте. «Что, так можно было?!» — видимо, можно! Поколение икс очень раненое, поэтому, с одной стороны, завидует, а с другой — хочет присоединиться и поддерживает. А мы, дети, всегда открыты к диалогу, если все участники действительно готовы слышать и принимать друг друга! В конце концов, как говорили герои фильма «День выборов»: «Нам же надо как-то плыть».
Ростом популярности у молодой аудитории радио обязано тренду на ретроманию. Мое поколение возвращается к старым устройствам, потому что они для нас менее исследованные и вызывают неподдельный интерес. К тому же, среди зумеров и миллениалов много кидалтов. Радио для нас безопасная машина времени, ассоциирующаяся со свободой и безусловным детским счастьем. Зумеры, вступая во взрослую жизнь, переживая первые кризисы и большие мировые волнения, хотят вернуться в теплое, беззаботное прошлое.
Мы с коллегами из радиоиндустрии делаем многое, чтобы показать, что радио на плаву и способно адаптироваться под новые реалии. В частности, делаем офлайн-мероприятия, активно ведем все доступные социальные сети и каналы связи с аудиторией, создаем модный мерч, производим полную переупаковку бренда, зовем на прямые эфиры «новых» спикеров, которые котируются у молодежи. В том числе, кто бы как к этому ни относился, меняется допустимая на радио речь — приходится шагать в ногу со временем и говорить с аудиторией на «ты».
Еще зумеры, несмотря на введение платных парковок и повышения цен на бензин, постепенно садятся за руль. Здесь смотри пункт первый — радио благодаря детским впечатлениям ассоциируется с вождением из-за привычек наших «старших». Наконец сейчас нередки проблемы со связью, а зумеры и миллениалы любят слушать что-то фоном, особенно в машине. Мы даже сделали ролик о том, что интернета может не стать, а радиоволны будут всегда — «Серебряный дождь» рядом с вами в любой момент!
Многие из нас устали от «вылизанной» идеальной картинки, даже если речь идет об аудиоформате или если нам нарочно демонстрируют, что «все по-настоящему». Музыка и подкасты — результаты долгих трудов, специально отобранные создателями контента. Новая искренность — тоже отчасти ложь. Потому что все, что выходит в записи, так или иначе редактируется и отбирается, чтобы быть увиденным или услышанным.
Если вы ищете что-то по настоящему живое — слушайте радио! Да, у нас есть заготовки, но мы можем ошибаться здесь и сейчас, попадать в неловкое положение и выруливать из него на импровизации и харизме — все как в реальности.
Мне попадалось огромное количество видеороликов, где зумеры и маленькие альфа ставят «свою» музыку старшим сестрам и братьям из поколения миллениалов. На половину композиций те реагируют в духе: «Так это же наше!». Действительно, многие из треков, которые «форсятся» среди моих сверстников, не «принадлежат» зумерам изначально. Нередко они доходят до нас эхом из времен юности миллениалов, а иногда вообще поколения икс или бэби-бумеров.
Зумерская культура во многом состоит из заимствований и смешивания всего, что попадется под руку. Поэтому такой популярностью пользуются ремиксы старой музыки и разноформатные мэшапы. К сожалению, для «старших» это может выглядеть как отсутствие оригинальности. А для нас настоящее искусство современности — в грамотном сочетании прошлого и настоящего. Впрочем, существует и новая сцена с артистами-зумерами и старшими альфа.
Поэтому сложно определить наверняка, какая она – общая поколенческая музыка. Но если мы посмотрим на массовую российскую сцену, то там закрепили место под зумерским солнцем: Icegergert, Macan, Instasamka, Big Baby Tape, Бонд с кнопкой, Toxis. И пусть элитарные уши не сворачиваются в трубочку от такого списка: нишевость по-прежнему в тренде у молодежи, так что у «другой», более сложной музыки есть все шансы занять первые строчки в чартах. Прелесть зумеров в гибкости, скорости восприятия и реакции. Вчера еще исполнителей никто не знал – сегодня они уже собирают стадионы.
Когда уделяешь внимание всем проявлениям жизни: ты и работаешь, и чему-то постоянно учишься, успеваешь качественно общаться с семьей и друзьями, занимаешься спортом. При этом остается время на маневр для приятных спонтанностей и чтобы побыть «наедине с собой». Жить на 100.1% — это про максимальную включенность в реальность и постоянное осознанное созидание.
Постоянный рост популярности винила связан с тем, что прослушивание пластинок — это целый ритуал: нужно достать альбом, поставить диск на проигрыватель, опустить иглу. Не просто нажать одну кнопку. Такой подход возвращает музыке ценность, акцентируя внимание на процессе и атмосфере прослушивания. Встреча с музыкой становится особенной, в отличие от ее потребления на безличной стриминговой платформе.
Кроме того, взаимодействие с пластинкой — это еще и эстетическое переживание: это красивые, разнообразно оформленные большие обложки; дизайнерские вкладки, буклеты и постеры в альбомах. Ну и, наконец, есть немало релизов, которые сами по себе представляют большую коллекционную ценность.
Для меня аналоговый звук связан прежде всего с «теплотой», «естественностью», я бы даже сказал «человечностью». Цифровой звук записывается в виде кодов, не способных передать всю глубину и многообразие звука, с его нюансами и деталями, которые отлично сохраняются на аналоговом носителе.
Кроме того, аналоговое звучание обладает более широким динамическим диапазоном, то есть разницей между самыми тихими и самыми громкими звуками в музыке. В результате, звуки слушаются более естественно и более богато.
Я начал собирать альбомы еще полвека назад. Тогда у меня не было возможности иметь эти пластинки в первозданном виде — они стоили очень дорого и приобрести их в Советском Союзе было непросто. Только в начале 2000-х фирменный винил стал доступнее, появилась возможность собрать все, что я хотел, и постепенно у меня появился коллекционный азарт: за редкими альбомами я гонялся по всей России. Кроме того, я иногда выезжал за рубеж, где тоже скупал раритетные пластинки.
Поиск пластинок для коллекции, одно из моих любимейших занятий. Зачастую сам процесс мне нравится больше, чем результат. Он позволяет раздвинуть горизонты, познакомиться с неизвестными артистами, жанрами и культурными традициями. К тому же поиск редкого винила часто связан с общением — обсуждением релизов, участием в музыкальных тусовках, прослушиванием пластинок с друзьями и знакомыми. Это создает ощущение принадлежности к сообществу.
А из моей неуемной жажды поделиться с кем-нибудь музыкой, которую я собрал на пластинках, возникла «Виниловая Суббота». Если представить мою программу как место, это, наверное, такая кунсткамера. В ней есть постоянная экспозиция — множество пластинок, каждая из которых представляет отдельный интерес. И вот я достаю какие-то экземпляры, и с удовольствием их препарирую, вовлекая в этот процесс свою аудиторию.
Для меня «Виниловая Суббота» — прежде всего возможность поделиться со слушателями любимой музыкой. Моя программа в значительной степени построена на импровизации, спонтанных впечатлениях, порой даже сиюминутных ощущениях, неожиданно возникших параллелях.
Разговор с аудиторией строится в легкой, непринужденной манере, которая подразумевает отсутствие излишнего академизма и назидательности. Слушатели сразу же это чувствуют, а потому отвечают так же. Я стараюсь говорить обо всем с юмором, легкой иронией, чутко улавливая настроение аудитории. В итоге получается единение ведущего и слушателей, которое поддерживает интерес к программе на протяжении вот уже трех лет.
По ходу разговора я стараюсь не просто рассказывать биографии центральных персонажей программы, но и уделить время истории взаимоотношений внутри музыкального коллектива, обзору и анализу пластинок. Обычно я озвучиваю сопутствующие сюжеты, отображаю исторический фон, знаковые события, которые сопровождали творческий путь того или иного героя программы. При этом, разумеется, не остаются без внимания и специфические нюансы виниловых изданий, которые мы слушаем.
На мой взгляд, лучшая вещь всех времен и народов — это многочастная композиция «Lizard» группы King Crimson. В ней есть и великолепный вокал Джона Андерсона, и потрясающая мелодика, и драматургия, и завершенность, и невероятное мастерство музыкантов.
Это значит твердо верить, что все получится!